Терракотовые истории

Преддверии открытия всероссийской арт-резиденции керамики и ландшафтного искусства "TerraCotta на Вильве" мы встретились с участниками прошлых лет, чтобы вспомнить, как проходил фестиваль, поговорить о мастерстве, искусстве, детстве и родной земле.
Терракотовый – естественный цвет земли. Именно этот оттенок имеет необожжённая пластичная глина – главный материал керамистов. Терракотовые истории – это размышления журналиста Ольги Богдановой, художника Марины Еркович и педагога Елены Гавриш о том, что их объединяет – о любви к керамическому делу. Все они в прошлом и настоящем – участники всероссийской арт-резиденции "TerraCotta на Вильве", которая четвертого июля начинает свою работу. Множество художников, скульпторов и мастеров керамики встретятся на месте дома-музея Пастернака, чтобы совместно с детьми создать арт-площадку «Городок мастеров». Фестиваль решает много задач, главные из них - привлечение внимания к Всеволодо-Вильве, как историческому месту и развитие творческого потенциала местного сообщества.
Ольга Богданова – редактор газеты «Пятница», специалист по керамике. 2 года успешно занимается созданием глиняной посуды. Считает гончарное ремесло своим «вторым делом». Работает под брендом «Grigorash Ceramics», который создала совместно со своим мужем. В 2015 году принимала участие в фестивале «TerraCotta на Вильве».
Гончарное дело – это не хобби, это мое второе дело.

Я получаю одинаковое удовольствие и от создания, и от результата. Процессом созидания невозможно пресытиться, потому что он каждый раз новый. А результат – иное. Когда открываешь печь, особенно после второго обжига, то всякий раз тебя ожидает сюрприз.

Ремесло это или искусство – не имеет значения. Когда создаешь что-то новое, тогда это искусство.

Меня вдохновляют работы других мастеров. Фавориты есть у всех, у меня это: Екатерина Тюмина из Санкт-Петербурга, Фил Роджерс, Кен Матсузаки.

Когда я первый раз села за гончарный круг, то я растерялась. Это было новое для меня дело: я не поняла, в какую сторону движется круг, каким образом нужно поставить руки. Это был определенный вызов. Мне пришлось начинать с ноля, нужно было позволить себя научить, что-то перебороть внутри.

Больше всего мне нравиться создавать вазы. Потому что, когда делаешь вазу, то ты не ограничен формой. Если делаешь кружку, то тебе нужно сделать так, чтобы из нее можно было пить. Если делаешь тарелку, тебе нужно сделать ее плоской, чтобы из нее можно было есть. А вазу можно сделать и маленькую, и высокую, и широкую, и узкую, и пузатую, и с зауженным горлышком – что хочешь, то и делаешь. Рамок нет.

Пермское сообщество керамистов и мастеров разрозненное: есть много специалистов, но они не знают друг о друге. Хорошо, что есть фестивали, которые объединяют, дают возможность познакомиться друг с другом.

Спрос появляется в двух случаях: если грядет праздник и, если люди, у которых есть интерес к чему-то изысканному, захотели приобрести себе нечто индивидуальное. Но интерес к керамике есть всегда.

Фото: Мария Дмитриева
Марина Еркович - керамист, скульптор, художник, реставратор, культрегер. Ледовые, снежные, песчаные творения Марины поражают зрителей России, Болгарии, Латвии и Америки. Работы Марины находятся в Пермской государственной художественной галерее, в фонде "Юрятин", Центральном выставочном зале и частных коллекциях. В этом году художник в четвертый раз будет принимать участие в фестивале "TerraCotta" на Вильве и создавать арт-объект на площадке "Городок Мастеров".
Я долго работала дома. Мастерская появилась, как необходимость. Мастерская – место, где можно творить без остановки и последствий.

Очень хочется заниматься скульптурой. В настоящих условиях приходится делать только маленькие вещи, но душа требует чего-то монументального.

Дерево – великолепный материал. Керамика – неожиданный выбор для меня. Если предположить, что первого человека слепили из глины, то этот материал божественный: из него можно наколбасить все, что угодно.

Процесс доставляет большее удовольствие. Это движение от идеи к готовому продукту. Иногда результат очень сильно не устраивает. Классно, когда задуманное воплощается.

Умельцы могут сделать очень многое, но не могу выйти за рамки. Иногда промысел делает людей узколобыми: чему научили, то и делает. Художник может делать те же самые горшки, но они будут иные, он не боится экспериментировать: можно порезать, покрасить, помять по-другому.

Очень сильно мне нравится современная японская керамика – это мышление, другой взгляд на мир. Это странная, абстрактная керамика.

Я очень хорошо помню, что детская Суриковская школа объявила набор на всю страну. И я тогда решила поучаствовать и помню, что сидела и рисовала какого-то Чиполино в темнице. Выслала работу, но не прошла. Очень обиделась, конечно. А потом мама случайно по радио услышала, что детская художественная школа объявляет набор. И я самостоятельно пошла на экзамен и прошла.

Мне всю жизнь везло с преподавателями. У меня не отбили желание заниматься.

Я преподавала год в Академии (Уральский филиал Российской академии живописи, ваяния и зодчества - прим. ред.), но ушла. От студентов нет никакой отдачи, мне стало скучно.

Когда я начала заниматься керамикой в 90-е годы, у меня была бурная выставочная деятельность, но потом я поняла, что это в городе мало кому нужно. Сейчас я не чувствую не необходимости, не желания участвовать в выставках. И сейчас все проще: выкладываешь фотографию в социальную сеть и получаешь аудиторию намного больше выставочной.

К керамике сейчас относятся просто как к горшкам. Понимания керамики, как предмета искусства - нет. Всем кажется, что глина очень дешевый и невечный материал. Мне кажется, у нас в городе ко всему такое отношение.

У нас в городе нет хорошего художественного салона, где можно выставлять работы.

Сообщества керамистов в Перми нет. Не многие хотят делиться своими знаниями.

Такие фестивали, как «TerraCottaна Вильве» полезны. Именно там мастера объединяются, там происходит живое общение, все учатся друг у друга, ничего не скрывают.

Ребятам во Всеволодо-Вильве интересно заниматься, но они не видят никакой перспективы. Главный вопрос для них: а сколько мой глиняный крокодил будет стоить? Я понимаю, что сейчас время такое и нужно больше думать о хлебе насущном. У людей много собственных забот и им совсем не до искусства.
Елена Гавриш - художник ДПИ, керамист, гончар. На протяжении 15-ти лет руководит детской керамической студией Дворца детского (юношеского) творчества. В этом году в четвертый раз принимает участие в фестивале «TerraCotta на Вильве» и планирует создавать скульптуру Кота ученого. Елена полностью поддерживает идею детской площадки, поскольку она и педагог, и многодетная мама.
15 лет я работаю с детьми в нашей керамической студии. Материал для работ дается «собственными руками», нам ни килограмма никто никогда не покупал.

В детстве кажется, что в этом нет ничего сложного: взял кусок глины, слепил шедевр и хочется скорее его всем показать, похвастать. Сейчас, когда берешь кусок глины, то на детские впечатления наслаивается опыт.

Мне кажется, я всегда хотела заниматься глиной.

Моим женским рукам податлива только глина. Но терпения у меня всегда хватало, говорят же, что глина любит терпеливых.

Когда у меня в руках кусок глины, я не вижу ничего. А если рядом еще детские любопытные глаза, то хочется делиться и рассказывать.

У детей получаются шедевры потому что, они не думают, они делают.

Детское восприятие мира – удивительное, нестандартное, неодинаковое. В каждой работе есть душа.

Воспитывая детей, я расту сама. Мы участвуем в конкурсах, побеждаем, что не просто, потому что так сложилось, что Пермский край богат мастерами.

Был однажды интересный случай: печка вышла из строя и глина сильно пережглась, потому что не сработал контроллер. И утром, когда мы отрыли печь, увидели вместо глиняных чашечек вспененную массу. Любопытная композиция. Она стала интересной инсталляцией, которая стоит теперь в кабинете живописи. Всякие бывают эксперименты.

Меня вдохновляет общение с профессионалами. Пропуская через себя, увиденную работу, получается красиво.

Мы, керамисты, пытаемся объединяться.

Ремесленник делает много и одинаково, художник делает красиво.

Образы сельских Вильвенских женщин начали у меня воплощаться в глине. После фестиваля у меня начали рождаться образы женщин 60-х годов, таких, как в моем детстве.

В прошлом году мы работали на фестивале с 10 утра до 2 часов ночи, времени катастрофически не хватало. Но получилось очень хорошо!

Конечно, я предполагаю, что в этом году каких-то деталей на площадке не будет, но мы все доделаем. Самое ценное на фестивале этого года, что сами дети будут участвовать в работе и у них рука не подымится оторвать мозаику или что-то разрушить. Если каждый будешь создавать что-то красивое, то после уже никогда не сломаешь. Видеть красивое – это прививка.

Хорошо там, где ты есть. Во Всеволодо-Вильве много простора. Когда что-то делается вместе, получается лучше, чем в одиночку.

Радует, когда на твою работу смотрят, и она кому-то нравится. Тогда понимаешь, что ты нужен людям.
В этом году арт-резиденция вновь соберет лучших мастеров, работающих с разными материалами. Приглашаем всех на фестиваль, который в этом году традиционно пройдет в поселке Всеволодо-Вильва Александровского района Пермского края. Подробнее узнать о программе и гостях фестиваля можно на официальном сайте Дома Пастернака http://www.dompasternaka.ru
Видео, снятые на фестивалях прошлых лет, несомненно сподвигут вас увидеть столь эффектное зрелище своими глазами.

Made on
Tilda